lauris

Евровидение как уравнение со множеством переменных

На дворе — весна, а значит — совсем немного осталось до события, которое породит толпы недовольных людей, искренне считающих, что они лучше всех остальных разбираются в музыке, а их взяли и обманули. Подло и нагло. Подсунули вместо песенного конкурса конкурс политический. Если кто еще не понял — да, я таки тоже имею вставить свои пять копеек про Евровидение.

В первую очередь, давайте разберемся уже, наконец, с тем, что это такое — Евровидение. Тошно и горько видеть год от года толпы возмущенных людей, которые жалуются на то, что конкурс Евровидение слишком политизирован и не имеет ничего общего с музыкой. Жалуются, ругаются, но через год стабильно возвращаются к экранам телевизоров или мониторов, чтобы вновь получить такое вот наслаждение в стиле садо-мазо. И что уж кривить душой, в числе таких зрителей порой оказываюсь и я. Однако, в этом году я как никогда раньше близка к тому, чтобы плюнуть на эмоции и подойти к делу максимально рационально, с математической точки зрения. В конце концов, именно в этом году исполняется ровно 15 лет с тех пор, как я первый раз посмотрела Евровидение.

Так вот, давайте начистоту. Возможно, кого-то шокирует то, что я сейчас скажу. Возможно, кто-то даже перестанет читать после этого места. Но я все равно скажу.

Евровидение — это ни разу не конкурс песни.

Готова поклясться, вы впервые об этом слышите. Поэтому переваривайте новую информацию потихоньку, а я продолжу пока.

Практически любой, кто смотрит Евровидение, делает свои ставки, прогнозы, за кого-то болеет. Но угадать, кто выиграет в очередной раз — не так-то просто, как это кажется на первый взгляд. Почему?

Любителям математических метафор, возможно, понравится такое определение: Евровидение — это уравнение с большим количеством переменных, количество которых стремится к бесконечности. Причем, эти переменные — абсолютно разные по своим характеристикам и сферам применения.

Другими словами, определить заранее исход конкурсной программы Евровидения — это как решить уравнение, в котором одна из переменных — это политическая ситуация в Зимбабве, а другая — ну скажем, эффект бабочки.

Сообразительный читатель, видимо, уже понял, насколько все серьезно. За простеньким, казалось бы, конкурсом незатейливых попсовых песенок скрывается задачка посерьезней доказательства теоремы Пуанкаре!

Помимо того, что факторов, влияющих на решение уравнения, очень много, у них еще и разные коэффициенты, значение которых меняется из года в год. Но в этом процессе прослеживается и определенная наследственность.

Скажем, в году n наиболее ценным фактором стало наличие на сцене циркового медведя. Значит, вероятность того, что в году n+1 также будут номера с цирковыми медведями или другими животными, стремится к 100%. Но те, кто используют этот прием, не понимают, что за год уже все изменилось, и коэффициент у циркового медведя стал гораздо меньше, чем у женщины с бородой.

Отдельные переменные настолько просто выявить и охарактеризовать, что можно проследить смену их коэффициентов на протяжении последних 15 лет.

Переменная “Шоу”

Возьмем, к примеру, переменную “Шоу”, у которой, надо сказать, достаточно высокий средний коэффициент за весь рассматриваемый период времени.

Наиболее актуальной эта переменная была как раз в начале рассматриваемого периода времени. В 2002 году Евровидение выиграла “коренная латышка” Мария Наумова. Европа просто визжала от восторга, когда Мария в эффектном танце меняла условный пол с мужского на женский. Это выступление вызвало немедленную реакцию “А что, так можно было?”, и в последующие годы все уже извращались, как могли. В 2003 году победила Турция, у которой было не просто танцевальное шоу, но еще и с голыми животами и турецким колоритом.

Украина в 2004 году пошла еще дальше, добавив бубны, звериные шкуры и дикие танцы. На фоне украинки Русланы гречанка в 2005 году выглядела бледновато, но тоже очень старательно выплясывала сиртаки на каблуках. Ну и апогеем этого всего процесса стало выступление финно-адской группы Lordi, которая собрала голоса как тех, кто любит конкурс Евровидение, так и тех, кто его ненавидит. И сколько бы Билан не прыгал на рояле, ничего у него не получилось. Потому что значения коэффициентов уже начали меняться.

Переменная “Подайте, люди добрые”

В последующие годы высокий коэффициент получила переменная, которой можно дать условное название “Подайте, люди добрые”. Первой этой ситуацией успешно воспользовалась в 2007 году сербская певица, чья песня так и называлась “Молитва”. В течение трех минут Мария Шерифович обращалась к европейской публике на непонятном ей языке, но очень понятными жестами и выражением лица давала понять, что ей очень надо. Что именно надо — европейская публика так и не поняла (из-за языкового барьера), но на всякий случай дала победу в песенном конкурсе.

В следующем году Билан “просек тему” и половину своего выступления просто ползал по сцене на коленях, выпрашивая что-то у европейской публики. Европейская публика снова ничего не поняла, потому что хоть пел Билан на английском, но все равно непонятно. Однако, этот прием снова сработал, и победа досталась России.

1280px-russia_in_the_2008_eurovision_song_contest

Эффективное использование комбинации нескольких переменных

А вот в 2009 году Норвегия сыграла сразу на двух переменных с серьезнейшими коэффициентами.

Во-первых, все еще действующее “Подайте, люди добрые”. Вопрос, адресованный лично европейским домохозяйкам: вы бы смогли отказать хоть в чем-то мальчику с такими глазами, как у Рыбака? Вопрос, как говорится, чисто риторический.

А во-вторых, Рыбак очень удачно оказался русскоговорящим белорусом из Норвегии, что автоматически обеспечило ему голоса всего СНГ. Такая мелочь, но если бы он поехал на Евровидение от Беларуси, навряд ли он дождался бы 12 баллов от Норвегии. А поехал от Норвегии — и получил по 12 баллов от всех бывших советских республик. Это была такая грандиозная победа, что норвежцам впору давать Нобелевскую премию за такое изящное решение задачи под названием “Евровидение”!

Евровидение в кризисные годы

Но тут внезапно дали о себе знать последствия финансового кризиса. Евровидение 2010 года стало, пожалуй, одним из самых скучных за весь рассматриваемый период. Все страны вдруг испугались, что если они выиграют, им придется тратить деньги еще и на Евровидение, поэтому отправили самое неинтересное, что только могли придумать.

Правда, выделилась Франция — у них скучно не было, но как-то сам собой возникал вопрос — а это точно Франция?

В общем, как-то неожиданно для самой себя Евровидение-2010 выиграла Лена из Германии. А казалось, вроде, просто мимо проходила и решила спеть, а тут вот… Ну и правильно, кто еще в Европе может позволить себе Евровидение в разгар кризиса, если не Германия?

Массовая ошибка

В 2011 году все немного приободрились и проснулись. Но в 2011 году произошла ошибка в определении переменной с наиболее высоким коэффициентом.

Победа Рыбака заставила многих поверить в рост коэффициента переменной “Мальчик-мачо”. И в 2011 году на европейских домохозяек “вывалили” весь стратегический запас самых “сладких” мальчиков Европы: Эрик Саад из Швеции, близнецы-блондины Jedward из Ирландии, Алексей Воробьев из России, группа Musiqq из Латвии, да что там — ради Евровидения-2011 даже объединилась британская группа Blue! В общем, европейские домохозяйки от такого изобилия молодых самцов попадали в обморок, поэтому в голосовании не участвовали, и неожиданно для всех победил дуэт из Азербайджана.

Ежегодная смена значений коэффициентов

2012 год был високосным, поэтому наивысший коэффициент оказался у нестандартного подхода. Бурановские бабушки там оказались очень к месту, но лучше всех сходила с ума Лорин из Швеции, за что и получила победу.

В 2013 году снова произошла смена коэффициентов. Если в предыдущем году решение уравнения было даже слишком простым и очевидным, то в 2013 году, казалось, появилось множество неуловимых, трудно определяемых переменных, коэффициенты которых оказались практически равными. Поэтому, если в 2012 году победу Лорин однозначно предсказали довольно многие, то предсказать победу Эмили де Форест сумели лишь единицы.

В 2014 году снова “сыграл” уже известный нам коэффициент переменной “Подайте, люди добрые”, помноженный на дополнительный коэффициент толерантности. Дисциплинированная Европа единодушно продемонстрировала приверженность ценностям терпимости и отсутствия дискриминации.

girls

На следующий год Швеция абсолютно внаглую решила самостоятельно поменять все коэффициенты, пока остальные страны лихорадочно соображали, что же надо показать в этом году, чтобы выиграть — женщину в длинном платье и с сильным голосом (Сербия, Латвия, Россия) или мужчину-немного-фрика (Бельгия)? Следуя правилу наследственности, многие страны пытались повторить те или иные моменты выступления, победившего в прошлом году. Но швед Монс всех обломал и сыграл частично на новой переменной “Шоу с использованием новых технологий”.

Разумеется, в 2016 году участники поспешили поставить именно на эту переменную, показавшую себя наиболее весомой в прошлом году. Не использовали экран на заднем фоне только ленивые. Участница из Исландии вообще показала что-то вроде микса двух шведских номеров — Лорин и Монса Зелмерлева. Euphoria + Heroes = Hear Them Calling.

Но не тут-то было. Переменная “Подайте, люди добрые” оказалась живучей и снова получила высочайший коэффициент. Кто жалостливее спел — тот победу получил. Но чисто мое мнение — у мальчика из Польши глаза намного жалостливее были, чем у Джамалы.

И вот, насущный вопрос — какая переменная получит наиболее высокий коэффициент в этом году? Или на результат больше повлияет совокупность большого количества менее значимых переменных?

До конкурса осталось ровно два месяца, и мне надо срочно решить это уравнение. Помощь приветствуется.

 

1 thought on “Евровидение как уравнение со множеством переменных”

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *